Боевые действия Красной Армии в ВОВ.

БД за август 1941 год
Просмотров: 1735
Печать



Доклад
командира 10-й танковой дивизии
заместителю Народного Комиссара Обороны Союза ССР
от 2 августа 1941 г.
о боевых действиях дивизии в период
с 22 июня по 1 августа 1941 г.



СОВ. СЕКРЕТНО
.

ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ СССР
генерал-лейтенанту танковых войск ФЕДОРЕНКО
НАЧАЛЬНИКУ АВТОБРОНЕТАНКОВОГО
УПРАВЛЕНИЯ ЮГО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА
генерал-майору танковых войск МОРГУНОВУ

ДОКЛАД
О БОЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 10-й ТАНКОВОЙ ДИВИЗИИ
НА ФРОНТЕ БОРЬБЫ С ГЕРМАНСКИМ ФАШИЗМОМ
ЗА ПЕРИОД С 22.6 ПО 1.8.41 г. КАРТА 200 000

          Получив извещение о вероломном нападении германских фашистских варваров на нашу Родину, 10-я танковая дивизия в 5.45 22.6.41 г. приступила к отмобилизованию. Ко времени получения боевого приказа дивизия в ее кадровом составе была полностью готова для выполнения боевой задачи.
          Обеспеченность дивизии к моменту выступления характеризуется следующими данными:

а) Личный состав

          Основными кадрами к моменту выступления дивизия была укомплектована, за исключением некомплекта: 583 младших командиров (в связи с откомандированием в другие части до начала военных действий), 37 медицинских работников, 813 человек рядового состава и 25 человек технического состава.
          Было положено по штату и выступило в поход 22.6.41 г.
. Командного
состава
Политического
состава
Технического
состава
Административно-
хозяйственного
состава
Медицинского
состава
Младшего
начальствующего
состава
Рядового
состава
Положено по штату 689 161 235 114 81 2400 7261
Выступило 698 118 210 68 44 1817 6115 и запас 333

          Личный состав запаса, который должен был прибыть в дивизию по мобилизации в количестве 1092 человек, в дивизию не прибыл, за исключением 333 человек рядового состава.

б) Материальная часть

          Было положено по штату и выступило в поход
. «КВ» «Т-34» «Т-28» «БТ-7» «Т-26»
химических
«Т-26» «БА-10» «БА-20» Грузовых
машин
Цистерн
Положено по штату 63 210 - 26 54 22 56 39 918 139
Выступило 63 37 44 147 8 19 53 19 800 64

          Данные о техническом состоянии машин и обеспеченности специальными машинами изложены в разделе «Работа материальной части».

в) Материальная обеспеченность

          При выступлении в поход дивизией было поднято:
... Винтовочных патронов ... 1.5 боевого комплекта
... Артиллерийских выстрелов танковых ... 1.5     «-»
... Артиллерийских выстрелов для артиллерии ... 0.5     «-»
... Заправок горюче-смазочных материалов ... 0.5-0.75 для боевых машин
... Продовольствия ... 5 суточных дач

          Укомплектованность личным составом и материальной частью боевого парка обеспечивала выполнение боевых задач, ставившихся перед дивизией. Материальная же обеспеченность дивизии, а также неполная укомплектованность автотранспортом по грузоподъемности и специальными машинами несколько снижала эффективность боевой деятельности дивизии.

Общая характеристика боевой деятельности дивизии

          По характеру выполняемых задач боевую деятельность дивизии можно подразделить на четыре этапа.
          1-й этап – с 22 по 29.6.41 г., характеризующийся беспрерывными боями наступательного и оборонительного характера в районе м. Холоюв, Радзехув, Лопатин. Уже в 21.00 22.6.41 г. передовой отряд дивизии в составе 3-го батальона 20-го танкового полка и 2-го батальона 10-го мотострелкового полка столкнулся с передовыми частями противника, а затем и с его главными силами. Выполняя задачу по овладению и удержанию Радзехув, отряд принял неравный бой с силами, примерно в четыре раза превосходящими его силы, действуя с большой активностью и нанеся большой урон противнику.
          25, 26 и 28.6.41 г. были предприняты атаки сильно укрепленных противотанковых районов в направлениях: м. Холоюв, Радзехув, Лопатин.
          В остальные дни на этом этапе дивизия обороняла рубеж Топорув, м. Холоюв, часто переходя в контратаки (особенно в районе м. Холоюв), не допустив прорыва противника в направлении Буск, Красное, Золочев и не дав тем самым противнику возможности окружить нашу львовскую группировку.
          2-й этап – с 30.6 по 3.7.41 г., характеризующийся арьергардными боями с противником, преследовавшим отходящие части корпуса и 6-й армии. 29.6.41 г. дивизия получила задачу выйти в резерв фронта в районе м. Бялы Камень, но обстановка заставила командование дивизии взять на себя прикрытие отходящих частей от преследующих частей противника методом подвижной обороны, ликвидируя угрозу окружения отходящих частей и захвата у них тылов.
          Дивизия последовательно вела оборонительные бои в районах: м. Бялы Камень, Почапы; Зофьювка, Калинка; Ступки (12 км восточнее Тарнополь) и западнее Подволочисск. Только в районе м. Волочисск дивизия вышла в тыл передовых частей Юго-Западного фронта и была направлена в резерв на доукомплектование.
          3-й этап – с 8 по 15.7.41 г., характеризующийся боями за Бердичев сводного отряда дивизии, сформированного из остатков боевых подразделений частей дивизии. Наступательные и оборонительные бои отряда в этот период проходили при явном преимуществе в силах у противника, и только упорство в обороне в районе Хажин, Жежелев позволяли сдерживать противника, а при переходе в наступление захватить отрядом южную окраину Бердичев.
          4-й этап – с 15.7.41 г. и по настоящее время, характеризующийся нахождением дивизии во фронтовом резерве в ожидании доукомплектования в районе Пирятин.
          22.6.41 г. В 5 часов 45 минут из штаба 15-го механизированного корпуса получено сообщение о переходе германскими войсками нашей государственной границы и бомбардировке наших аэродромов германской авиацией. Объявлена боевая тревога. Части вышли в районы сосредоточения согласно вскрытой директиве штаба Киевского особого военного округа от 31.5.41 г.
          [В] 9 часов 50 минут передовой отряд дивизии в составе 3-го батальона 20-го танкового палка и 2-го батальона 10-го мотострелкового полка выступил по маршруту Ожидув, Соколувка, Топорув, Радзехув с задачей ликвидировать авиационный десант противника в районе Радзехув. Отдельный разведывательный дозор передового отряда в количестве 6 танков, выйдя в район Корчин, в 22 часа встретился с противником силой до двух батальонов пехоты с противотанковыми орудиями. В результате боя уничтожено 6 противотанковых орудий противника и до взвода пехоты. К исходу 22.6.41 г. передовой отряд занял Радзехув и перешел к обороне на северо-западной и южной окраинах Радзехув.
          В 18 часов получен приказ командира корпуса, которым была, поставлена задача наступать в направлении Соколувка, Топорув и во взаимодействии с 4-м механизированным корпусом уничтожить танковые части противника в районе Радзехув. В 13 часов 30 минут дивизия выступила двумя колоннами: правая – 19-й танковый полк по маршруту Сасов, м. Подгорце, Олеско, Соколувка, Турзе, Мельники, Гута Шкляна с выходом в район леса южнее Каштеляны и дальнейшей задачей наступать на Радзехув; левая – остальные части дивизии по маршруту Жулице, Бялы Камень, Ожидув, Пшевлочна, Топорув, Майдан Стары, Охладув с выходом в лес западнее Турзе и дальнейшей задачей наступать на Радзехув. В пути маршрут левой колонны распоряжением начальника штаба корпуса был изменен, и 10-й мотострелковый и 20-й танковый полки (каждый без батальона) к утру 23.6.41 г. головами вошли в лес южнее м. Холоюв.
          Ночной марш проходил в тяжелых условиях, особенно для 19-го танкового полка, шедшего по бездорожью и по заболоченным участкам, в связи с чем к указанному ему времени в район сосредоточения не вышел.
          23.6.41 г. В 5 часов 15 минут передовой отряд [был] атакован с направления м. Стоянув танками противника (до 100 штук) [при поддержке] до двух батарей тяжелой артиллерии и до дивизиона противотанковых орудий. В 6 часов 30 минут передовой отряд был атакован другой группой танков с направления Юзефув. Одновременно противник бомбил и обстреливал из пулеметов с воздуха (5 самолетов). Передовой отряд удерживал занимаемый им рубеж до 13 часов 30 минут и, израсходовав боеприпасы, отошел на рубеж Майдан Стары. Уничтожено до 20 танков противника и 16 противотанковых орудий.
          В 15 часов 20-й танковый и 10-й мотострелковый полки, выполняя задачу по овладению Радзехув, перешли в атаку в направлении Радзехув, Бышув, Сокаль. 10-й артиллерийский полк к этому времени находился в пути следования, так как в момент объявления 6оевой тревоги он находился в лагерях Янув, а 19-й танковый полк из-за трудности маршрута в район сосредоточения не вышел и в атаке участия не принял.
          Атака [10-го] мотострелкового и 20-го танкового полков (каждый без батальона) без поддержки артиллерии, при наличии явно превосходящих сил противника, расположенных на выгодном рубеже, была неуспешной, и Радзехув остался за противником. Полки были вынуждены отойти и занять противотанковую оборону – лес южнее Холоюв с задачей не допустить продвижения противника на юго-восток.
          4-й механизированный корпус, с которым дивизия должна была взаимодействовать, в исходный район для атаки не вышел.
          24.6.41 г. В 7 часов приказом командира 15-го механизированного корпуса дивизии поставлена задача перейти в район Смольно, Пониковица, Гае Смоленьске и быть готовой ударом в направлении Червоноармейск уничтожить мотомеханизированные части противника. Дивизия совершила 45-километровый марш (20-й танковый полк несколько меньше, так как он распоряжением штаба корпуса был повернут обратно раньше остальных частей). В районе Буск в 17 часов был получен приказ командира 15-го механизированного корпуса возвратиться в прежний район сосредоточения – лес южнее м. Холоюв. Выполняя приказ, дивизия повернула обратно, проделав тот же марш, и к рассвету 25.6.41 г. выполнила поставленную задачу, заняв оборону на рубеже южнее м. Холоюв. Противник вел активную разведку в этом направлении.
          19-й танковый полк с марша возвращен не был и приказ на возвращение в район м. Холоюв получил только в лесу юго-западнее Броды и в прежнее положение возвратился лишь в 20.00 25.6.41 г., проделав за 24 и 25.6.41 г. 105-километровый марш, не принимая участия в бою.
          25.6.41 г. В 8 часов приказом командира 15-го механизированного корпуса дивизии была поставлена задача выйти в район Топорув, м. Холоюв и быть в готовности к нанесению удара на Радзехув. К моменту отдачи приказа 20-й танковый и 10-й мотострелковый полки уже занимали оборону на рубеже южнее м.Холоюв, а 19-й танковый полк к 20 часам сосредоточился в районе севернее Топорув. Остальные части дивизии были в районе Топорув.
          В течение дня противник танковыми группами производил разведку на флангах обороны 10-го мотострелкового и 20-го танкового полков, охватывая их также и пехотой. Для противодействия крупным разведывательным отрядам противника командиром 20-го танкового полка была выделена группа в составе 15 танков, а затем была проведена контратака силами 20-го танкового и [10-го] мотострелкового полков при поддержке двух батарей 10-го гаубичного артиллерийского полка. В глубине противотанковой обороны противника наши части были встречены исключительно сильным артиллерийским огнем. С выходом наших танков танки противника боя не приняли и отошли за линию высот, где у противника была организована сильная противотанковая оборона. В результате боя, по подсчету командиров укрепленного района, в районе [контр] атаки ими было насчитано 56 раздавленных и подбитых противотанковых орудий и 5 подбитых танков противника. Наши потери: танков «КВ» – 4, танков «БТ» – 7. …[«смазан» текст – В.Т.]…
          После выхода из боя наших частей противник перешел в наступление под прикрытием сильного огня артиллерии, пытаясь обойти фланги 10-го мотострелкового полка, но действиями полка и выдвинутыми на передний край танками 20-го танкового полка был отброшен, потеряв до батальона пехоты.
          26.6.41 г. В течение дня 20-й танковый и 10-й мотострелковый полки удерживали район обороны – лес южнее м. Холоюв
          19-й танковый полк в 10 часов по частной инициативе командира полка подполковника Пролеева атаковал противника в районе высот юго-восточнее Радзехув. В районе Денбины Охладовские полк был встречен организованным огнем противотанковых орудий. В результате атаки было уничтожено до 70 противотанковых орудий, 18 танков и до батальона пехоты. Потери полка: танков «КВ» – 9, танков «БТ-7» – 5. После частной атаки полк отошел в исходное положение и перешел к обороне.
          В течеие дня авиация противника действовала с исключительной активностью. 10-м отдельным зенитным артиллерийским дивизионом и пулеметным огнем было сбито 7 самолетов противника.
          27.6.41 г. В течение дня дивизия обороняет рубеж р. Поток Пуста, (иск.) Бужаны, лес южнее м. Холоюв.
          Утром получен устный приказ командира 15-го механизированного корпуса об отводе частей дивизии в район Золочевских лесов. В 12 часов получен приказ командира 15-го механизированного корпуса о приостановлении отхода и о возвращении частей в исходное положение, а также получено предварительное распоряжение на наступление дивизии. Отход частей своевременно был приостановлен. В основном отошли только тылы, которые затем были возвращены обратно. В тяжелое положение попал мотострелковый полк, который, оторвавшись от противника и отойдя на 6-8 км, должен был с боем снова занимать оставленный им рубеж.
          28.6.41 г. Дивизия получила боевой приказ командира 15-го механизированного корпуса, которым ставилась задача наступать в общем направлении Лашкув, Задвиче, Смажув, Берестечко. Во исполнение приказа 19-й танковый полк и сводная рота 20-го танкового полка совместно со 2-м батальоном 10-го мотострелкового полка в 11 часов приступили к выполнению поставленной задачи. В течение дня части вели бой в районе ур. Воля Адамовска, Ксаверувка за овладение Лопатин, встреченные сильным, организованным артиллерийским огнем, в том числе до дивизиона тяжелой артиллерии, наступающие части дивизии были задержаны перед торфяными болотами, в районе которых единственная дорога оказалась совершенно непригодной для движения1 танков. Все попытки восстановить дорогу силами пехоты и экипажами танков никаких результатов не дали. В процессе боя за Лопатин на рубеже р. Острувка наступавшие части были окружены. Пути отхода дивизии были отрезаны танками и пехотой противника с сильной артиллерией, так как 8-я танковая дивизия (сосед слева), имевшая задачу прикрыть с запада действия дивизии, не смогла продвинуться через сильно укрепленный противотанковый район [противника].
          К 21 часу пехота противника с противотанковыми орудиями просочилась из направления Оплуцко, Колесьники в лес ур. Воля Адамовска и, обтекая кругом боевые порядки частей, завязала лесной бой с танками. С наступлениям темноты командиром 15-го механизированного корпуса был отдан приказ о выводе частей 10-й танковой дивизии на восток в район 37-й танковой дивизии для совместных действий с ней по овладению Лопатин, а в дальнейшем в связи с уже совершившимся выходом из боя 37-й танковой дивизии – приказ на выход из боя и на возвращение в исходное положение. Выполняя приказ, 19-й танковый полк вышел из боя и, переправившись через р. Стырь в районе Станиславчик, по приказанию командира 15-го механизированного корпуса прикрывал отход 37-й танковой дивизии. После переправы через р. Стырь, происходившей под огнем противника, противник сделаю попытку перейти в наступление и захватить переправу, но был отбит.
          29.6.41 г. Выйдя из боя в район Станиславчик, части дивизии, наступавшие на Лопатин, совершили марш к Топорув через Броды в связи с непригодностью мостов для переправы танков в районе Манастырек.
          Приказом командира 15-го механизированного корпуса поставлена задача – после смены дивизии частями 37-го стрелкового корпуса выйти в район лесов м. Бялы Камень и поступить в резерв командующего фронтом. Выполняя приказ, дивизия к 6.00 30.6.41 г. сосредоточилась в лесах северо-восточнее м. Бялы Камень и в м. Бялы Камень.
          30.6.41 г. В течение дня дивизия беспрерывно вела разведку в направления Буск, Красное.
          К вечеру передовые части противника с противотанковыми орудиями, пушками и двумя танками подошли к переднему краю расположения частей дивизии. Действиями мотострелкового полка с ротой танков 20-го танкового полка при поддержке 10-го артиллерийского полка передовой отряд противника был уничтожен (наши потери 1 танк) и дальнейшее продвижение противника было приостановлено.
          1.7.41 г. Выполняй приказ командира 15-го механизированного корпуса, дивизия совершает марш [в район] сев. Обожаньце. 10-й мотострелковый полк, прикрывая отход дивизии, с 10-м артиллерийским полком к 9 часам занял район обороны западная окраина Зофьювка, Калинка.
          В 15 часов, когда закончился выход частей дивизии из района Колтув, части прикрытия (мотострелковый и артиллерийский полки) были атакованы моточастями противника и сначала несколько потеснили мотострелковый полк, а затем контратакой полка противник был отброшен на 2-3 км на запад, что дало возможность отойти ряду проходящих частей и вместе с тем спасти автотранспорт мотострелкового полка (за исключением 14 автомашин, разбитых артиллерийским огнем противника).
          К исходу дня дивизия сосредоточилась в районе леса севернее Обожаньце.
          2.7.41 г. В 8 часов дивизия выступила в направлении Тарнополь, получив задачу от командующего 6-й армией оборонять Тарнополь с северо-востока в связи с обозначившихся движением частей противника через 3аложцы Нове на Игровица. В дальнейшем дивизии было приказано отходить в направлении Подволочисск.
          В связи с обозначившимся продвижением танковой колонны противника из Тарнополя на Подволочисск командиром дивизии генерал-майором Огурцовым было принято решение приостановить отход дивизии и, перейдя к обороне на высотах 323.0, 368.0 и восточнее Ступки, задержать части противника, преследовавшие части 6-й армии и их тылы. Район обороны был занят в 19 часов.
          В 20 часов танковая колонна противника была встречена огнем танков при поддержке артиллерии, и ее продвижение было приостановлено. В результате боя уничтожено 6 танков противника и 2 орудия.
          С наступлением темноты под прикрытием 1-го батальона 20-го танкового полка дивизия вышла из боя и в течение ночи совершила отход в Подволочисск.
          3.7.41 г. К 6 часам дивизия вышла в район 2 км западнее Подволочисск. В связи с огромной забитостью подступов к переправам войсками и автотранспортом и с возможным появлением преследующих частей противника в районе Подволочисск командиром дивизни было принято решение прикрыть переправу через р. Збруч, дав возможность огромному количеству машин переправиться через р. Збруч. Дивизия до 16 часов 30 минут удерживала за собой подступы к переправе, уничтожив разведывательные танки противника в количестве 7 машин и задержав продвижение боевых частей, а затем с боем отошла на переправу к Каневка, так как переправа у Подволочисск была взорвана. К исходу дня части дивизии переправились через р. Збруч, за исключением 6 танков «КВ» и 2 танков «Т-34», которые за неимением переправ в районе Подволочисск спустились на юг в район Тарноруда.
          4.7.41 г. После переправы через р. Збруч дивизия согласно приказу командующего 6-й армией и командира 15-го механизированного корпуса к исходу дня сосредоточилась в лесу севернее Проскуров и, произведя только дозаправку, по приказу командира 15-го механизированного корпуса выступила в ночь в район м. Уланов.
          5.7.41 г. Дивизия совершает марш в район Подорожна, Бураки по маршруту Проскуров, Трибуховцы, Меджибож, Летичев, Хмельник, м. Уланов, Петриковцы. За 4 и 5.7.41 г. дивизией совершен 215-километровый марш (от Подволочисск до Петриковцы).
          6.7.41 г. Части дивизии – в районе сосредоточения Подорожна, Бураки, Петриковцы. В течение дня ведется разведка в направлениях: Янушполь, м. Чуднов; Любар.
          7.7.41 г. Дивизия – в районе сосредоточения. Ведется разведка в тех же направлениях, что и 6.7.41 г. К исходу дня стало известно, что на Янушполь из м. Чуднов прорвались танки противника. Частями дивизии была немедлепно организована оборона перекрестка шоссейных дорог юго-западнее Райгородок, чтобы обеспечить проход тылов корпуса.
          Получен приказ командира 15-го механизированного корпуса об отправке тыловых подразделений (не являющихся необходимыми для остатков строевых подразделений частей дивизии) в район Пирятин, а из оставшихся боевых сил сформировать сводный отряд. Выполнив задачу по прикрытию и отходу тылов 15-го механизированного корпуса, боевой состав дивизии по приказанию командира 15-го механизированного корпуса отошел в район Комсомольское (тылы – Плеховая).
          8.7.41 г. Дивизия получила задачу организовать оборону по северо-западной окраине Плеховая и оборону переправ через р. Гнилопять в районе Комсомольское. Рота танков и две роты 10-го мотострелкового полка распоряжением комдива Соколова в 2 часа направлены в район Бердичев для оказания содействия частям Бердичевского гарнизона в уничтожении частей противника, занявших юго-западную окраину города.
          Из состава оставшихся боевых сил дивизии сформирован сводный отряд в составе батальона мотострелкового полка, сводной роты танков 20-го танкового полка, сводного артиллерийского дивизиона в составе пяти орудий 10-го артиллерийского полка, разведывательной роты от отдельного разведывательного батальона и подразделений обслуживания.
          Отряд дивизии поступил в распоряжение командующего бердичевской группой комдива Соколова. Получен боевой приказ с утра 9.7.41 г. перейти в наступление в направлении Жежелево, Хажин с задачей овладеть юго-восточной окраиной Бердичев.
          9–15.7.41 г. Сводный отряд дивизии вел бой за овладение Бердичев, одновременно сдерживая противника, стремившегося захватить перекрестки дорог м. Чуднов – Казатин, Бердичев – Винница (перекресток в районе Комсомольское)
          Овладев южной и юго-западной окраинами Бердичев и нанеся большие потери противнику (до 30 танков), подошедшим подкреплением отряд был отброшен от Бердичев к перекрестку и силами, в несколько раз превосходящими силы отряда, значительную часть его вывел из строя. Остатки отряда вышли в район Казатин (а затем к месту сосредоточения дивизии), а часть отряда вместе с оперативной группой штаба дивизии отошла на присоединение с частями 6-й армии.
          В период с 10 по 12.7.41 г. части дивизии, за исключением сводного отряда, сосредоточились в Пирятин, имея к исходу 12.7.41 г. в районе сосредоточения (кроме оставшихся в отряде и находящихся в пути): начальствующего состава – 756 человек, младшего начальствующего состава – 1052 человека и рядового состава – 3445 человек.
          С 12.7.41 г. по день составления доклада (2.8.41 г.) дивизия находится в резерве Юго-Западного фронта в районе Пирятин.
          С 1.7.41 г. батальон мотострелкового полка и частично 3-й батальон2 после боя в районе Зофьювка, Калинка, отрезанные от дивизии, вышли в район севернее Заложцы-Нове и 3.7.41 г. были окружены противником, но с боем пробились из окружения, потеряв значительную часть машин, и соединились с дивизией в районе Комсомольское.

Характеристика боевой работы

          Боевая работа дивизии в период с 22.6 по 15.7.41 г., характеризующаяся почти беспрерывным участием в боях и совершением больших маршей в трудных условиях, потребовала исключительно большого напряжения сил со стороны всего личного состава. Личный состав по несколько суток подряд не имел ни одного часа отдыха и тем не менее поставленные боевые задачи абсолютным большинством выполнялись самоотверженно. За период боевой работы имеется огромное количество фактов самоотверженной, мужественной и героической борьбы с врагом отдельных людей, экипажей и подразделений. Вот некоторые из них.
          Экипаж танка, в составе которого были старший сержант Дудник и старший сержант Сероштан, несмотря на то, что снаряды противника заклинили башню танка, продолжал вести бой, давя гусеницами противотанковые орудия и пехоту противника, и из боя вышел последний. Экипаж танка лейтенанта Жибина под руководством старшего лейтенанта Кожемячко в течение трех дней по своей инициативе дрался с танками противника. Получив большое количество прямых попаданий снарядов и имея две сквозные пробоины, экипаж не вывел танк из боя, а продолжал вести борьбу до тех пор, пока не получил прямое приказание командира дивизии отойти и отправить танк в ремонт на завод.
          Младший сержант Финкельштейн осколками снаряда противника, разорвавшегося в танке, был ранен в лицо, в результате чего ослеп. До выхода из боя он продолжал ощупью находить снаряды и заряжать ими пушку. 1-й батальон 20-го танкового полка (командир майор Киселев) всегда получал наиболее ответственные задачи и, как правило, всем составом батальона выполнял их с исключительным мужеством. Орудийные расчеты артиллерийского полка и зенитного дивизиона в самых трудных условиях, под ожесточенным артиллерийским огнем, бомбежкой с воздуха и при танковых атаках на огневые позиции батарей, ни разу не дрогнули, выполняя поставленные боевые задачи.
          Среди разведчиков огромное число людей, [которые], не считаясь с опасностью для жизни, проникали в районы расположения противника, добывая ценные данные о нем. Командир 20-го танкового полка полковник Терлянский и командир 10-го мотострелкового полка полковник Пшеницын умело и мужественно организовывали бой своих частей. Комиссары и политруки (батальонный комиссар Тихонов, батальонный комиссар Дигелес, политруки Колотов, Гонта, Нетесин и другие) проявляли образцы самоотверженной работы в бою. Работники тыла (капитан Асланов, воентехник Удолов и др.) в условиях ожесточенных бомбардировок лично организовывали спасение материальной части, подвергавшейся опасности воспламенения от зажженных бомбами машин. Основная масса коммунистов и комсомольцев была в авангарде борьбы с врагами Родины.
          Наиболее характерным для поведения танкистов в атаке является стремление прорваться в глубь обороны противника, иногда даже проникая глубоко в одиночку. Имеется часть экипажей, которые оставались в подбитых танках на поле боя в окружении противника, дралось до последнего снаряда и патрона и только тогда выходили из танков (экипажи Шевченко, Осипова и др.).
          Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июля 1941 г. 109 красноармейцев, младших и средних командиров (до командира роты включительно) за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с германским фашизмом и проявленные при этом доблесть и мужество награждены орденами и медалями СССР.
          Мотопехота в первых столкновениях с противником недостаточно энергично действовала при наступлении не стойко вела себя в обороне, пытаясь отходить при сильных огневых налетах со стороны противника. Обстрелянная в первых боях, в дальнейшем мотопехота была значительно более стойкой, а в бою под Зофьювка, м. Холоюв и Бердичев мотопехота дралась с большим ожесточением, часто переходя в контратаки. Так, лейтенант Поляруш в контратаку поднял 20 бойцов против 70 фашистов и заставил их отойти (сам погиб). Аналогично поступил командир 2-й роты Даниленко, стремясь вывести роту из окружения.
          Все же до последних дней мотопехота плохо окапывалась и недостаточно маскировалась. При наступлении часто продвигалась во весь рост и еще проявляв некоторую нервозность при сильном артиллерийском и минометном огне противника.
          Исключительную отвагу и боевую слаженность проявили расчеты зенитной батареи: 4 орудиями, при голодной норме боеприпасов, под беспрерывными бомбежками с воздуха, за 6 дней они сбили 18 самолетов противника.
          Личный состав подразделений, обслуживавший боевой эшелон дивизии, в огромном большинстве работал с большим напряжением и добросовестностью.
          Однако наряду с этим имели место единичные случаи проявления неустойчивости, паники и трусости, причем они, как правило, проявлялись не в процессе выполнения боевой задачи в составе подразделения, а тогда, когда экипажи или отдельные люди оказывались оторванными от своих подразделений или не имели конкретного боевого задания. Например. Командир танка Глицевич и механик-водитель Хоменюк (19-й танковый полк) по поведению в бою никаких замечаний не имели, а, отстав на марше, зная, что где-то есть противник и поверя слухам о возможности появления его, трижды пытались бросить боевую машину. Шофер автомашины 10-го автотранспортного батальона Черняев бросил автомашину с бронебойными снарядами в то время, как танки были без бронебойных снарядов, явился в часть и доложил, что его машину разбомбили (Черняев расстрелян).
          Примерный и аналогичный случай имел место с водителем Петровым (19-й танковый полк). Брошенную им машину подобрал тракторист Александров (того же полка) и в исключительно сложной обстановке, неоднократно подвергаясь угрозе захвата противником, все же привел эту машину в Пирятин.
          В процессе выполнения боевых задач имел место ряд существенных недостатков как в работе органов управления, так и в самой технике боевой работы.
          Серьезным недочетом первых дней боевых действий дивизии явилось неодновременное нанесение ударов по противнику из-за несвоевременного выхода в район сосредоточения 19-го танкового полка и из-за проявления не совсем обдуманной инициативы командиром 19-го танкового полка, произведшего атаку противотанкового сильно укрепленного района в одиночку (только силами полка), без какой-либо поддержки со стороны других частей дивизии и соседей. Кроме этого, неодновременность нанесения удара всеми силами дивизии вызвана также была и тем, что ряд частей дивизии (артиллерийский полк, 10-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион, батарея 10-го мотострелкового полка и понтонно-мостовой батальон) выступили не вместе с главными силами из-за нахождения их в отрыве – в лагерях.
          В первые дни боев разведка противника велась недостаточно активно как по линии высылки соответствующих разведывательных органов, так и по технике ведения самой разведки. В результате этого атака 20-го танкового полка 23.6.41 г. и атака 19-го танкового полка 25.6.41 г. были организованы при наличии крайне скудных данных о противнике. Такое положение дел с разведкой не позволяло определить силы, состав и направление действий противника. Глубокой разведки, как правило, не велось. И только после первых 5-6 дней разведывательные органы стали действовать несколько активнее.
          Постановка боевых задач не всегда сочеталась с учетом технического состояния машин и потребностями ее осмотров и восстановления, в связи с чем, как правило, на больших маршах имело [место] значительное отставание машин. Это обстоятельство в свою очередь приводило к сокращению количества машин, участвовавших в атаках, а при отходах частей – к оставлению машин по техническим неисправностям на территории, занимаемой противником.
          В первые три дня боев радиосвязь в дивизии работала с большими перебоями, и только с 25.6.41 г. радиосвязь начала работать нормально, но только при нахождении частей в районах сосредоточения. На маршах же и во время атак нормальной связи по радио так и не удалось добиться.
          Вопросы управления боевыми порядками внутри танковых полков оказались недостаточно отработанными. Так, например, при атаке 26.6.41 г. командир 19-го танкового полка с двумя командирами батальонов не имел никакой связи. Командиры батальонов пошли в атаку в танках, не имеющих раций, и никаких мер к установлению других средств или приемов связи принято не было. В результате командиры батальонов действовали в период атаки по своему усмотрению, а внутри батальонов часто весь процесс атаки проходил самотеком, иногда по инициативе отдельных экипажей.
          В период общего отхода частей по существу оказалось невозможным поддерживать регулярную связь с тылами, так как в складывавшейся обстановке тылы получали указания о направлении движения от разных начальников, а их, к сожалению, оказывалось в тылах слишком много, и каждый распоряжался (имеются в виду как лица начальствующего состава дивизии, так и представители вышестоящих штабов). Тылы часто уходили в неизвестном для боевого эшелона направлении и не знали зачастую, куда отходит боевой эшелон.
          Водительский состав на машинах новых марок оказался недостаточно подготовленным к вождению машин в исключительно сложных условиях, с которыми он столкнулся по существу с момента выступления по боевой тревоге. Во время маршей должного порядка на дорогах при движении колонн до последнего дня так и не добились как по нашей вине, так и из-за отсутствия какого-либо руководства движением колонн по дорогам со стороны дорожно-комендантской службы. «Пробки» на дорогах были постоянным явлением. Частые угрозы оружием, а иногда и рукоприкладство применялись как средство рассасывания «пробок». Основными причинами этих «пробок», наряду с недочетами воспитательной работы с шоферским составом и вообще плохим порядком на дорогах, является слабая ответственность командиров машин (а они в большинстве случаев средние командиры) за соблюдением правил движения машин в колонне.
          Кроме перечисленных выше недочетов в боевой работе, зависящих от тех или иных звеньев аппарата дивизии, эффективность ударов силами дивизии несколько снижалась из-за факторов, не зависящих от дивизии.
          Первые три дня боев дивизия не имела ни одного бронебойного снаряда для 76-мм пушек. За весь период боев3 дивизия не могла ниоткуда получить ни одного снаряда для 37-мм зенитных пушек. В итоге в первых же атаках танковые полки вели борьбу с танками противника осколочными снарядами, а зенитная артиллерия не могла вести огонь по нахально снижавшимся самолетам противника из-за отсутствия снарядов. Беспрерывные поиски баз снабжения (в том числе и продовольственных) так и не привели ни к каким результатам в части получения снарядов для зенитной артиллерии.
          После отрыва от Золочев, являющегося пунктом дислокации дивизии и базой всех видов снабжения, ниоткуда и ни от кого никаких указаний о пунктах снабжения не получали.
          Машины в массовом количестве рассылались на поиски тех или иных видов снабжения, и дело ограничивалось случайным обнаружением запасов и их использованием дивизией.
          Частое изменение задач дивизии (переход в новый район, затем возвращение обратно на то же место) приводило к износу материальной части и изматыванию сил личного состава, а в итоге ослаблялась сила удара по противнику.
          Поддержки дивизии со стороны нашей авиации не было в течение всего периода боевых действий. Даже разведывательных данных от авиации в дивизию ни разу не поступало, за исключением 22.6.41 г., когда летчик предупредил командование дивизии о выступлении немцев и о необходимости вывести материальную часть из парков, так как немецкие самолеты бомбят расположения частей Красной Армии. Этот сигнал помог вывести своевременно материальную часть из парков и рассредоточить ее до начала бомбежки.
          Дивизия использовалась для наступления, как правило, на направлениях сильно укрепленных противотанковых районов с наличием мощной артиллерии у противника, причем в этих условиях дивизия действовала самостоятельно, без каких-либо средств усиления, только своими силами, изо дня в день убавлявшимися.
          Оборона же на широком фронте до 20 км) с частыми переходами от обороны к наступлению не позволяла в наступательном бою собрать в кулак хотя бы свой мотострелковый полк. В связи с этим в наступлении захваченные рубежи не закреплялись в связи с крайней малочисленностью пехоты.
          Боевая деятельность дивизии в первый период (период наступательных действий) проходила на труднопроходимой для танков местности с большим количеством рек и ручьев, представлявших собой большие противотанковые препятствия. Мосты через реки имели малую грузоподъемность, и большинство из них не выдерживало проходящие по ним танки.

Характеристика действий противника

          По неполным данным, дивизия вела бои со следующими частями противника: 72-м и 552-м пехотными полками, 92-м мотополком (6-й мотодивизии), 74-м артиллерийским полком, 11-м и 15-м танковыми полками. В обороне (в особенности при отводах) нумерация частей противника, как правило, не устанавливалась.
          Обращают на себя внимание действия германских передовых отрядов, которые, как правило, на исходные позиции танками подвозят противотанковые (а возможно, и полевые) орудия, расчеты орудий, а иногда и пехоту. Сильно развито в разведывательных органах и в передовых отрядах применение мотоциклистов. Большое распространение в тактике германской армии имеет «еж» (название взято из дневника германского офицера). По записям дневника, «еж» представляет из себя сочетание танка, противотанкового орудия, группы прикрытия противотанкового орудия, состоящей из нескольких автоматчиков, прикрывающих противотанковое орудие, и из зенитно-пулеметной установки. Весь этот «еж» передвигается вместе с танками. При встрече с нашими частями группа прикрытия и орудийный расчет соскакивают с танка и изготавливаются к бою.
          В наступление немецкие танки идут двумя-тремя эшелонами на дистанции 200-300 м. Атака танков проводится всегда (в случаях, известных нам) во взаимодействии с артиллерией и авиацией. Танки, как правило, ведут огонь с места или с коротких остановок.
          Артиллерия в большинстве случаев при встрече с нашими частями открывает огонь, не дожидаясь установлении наблюдательных пунктов, сразу по площади, а не по определенной цели, и только потом переходит к обстрелу целей. Пристрелка ведется, как правило, не по цели, а по предмету, удаленному на 300-400 м от цели, а затем по окончании пристрелки огонь переносится на цель. Часто пристрелка ведется на высоких разрывах шрапнели. Были случаи расположения тяжелых систем орудий (155-мм) в непосредственной близости к переднему краю. Такие факты наблюдались после первых атак танками «КВ». Бронебойные снаряды (в районе Бердичев), которыми обстреливались наши танки, имеют клеймо – «выпуск 1941 г.».
          Все танки, которые осматривались нами, помимо индивидуального комплекта противохимической защиты, снабжены ящиком с веществом наподобие хлорной извести и с решеткой на крышке ящика, приспособленной для высева содержимого.
          Пехота, как правило, открытый бой не принимает, а с момента столкновения старается обтекать фланги. При появлении наших танков, особенно «КВ», пехота бежит, да и танки [противника] боя не принимают.
          Уличный бой в городах характерен тем, что на улицах не увидишь ни одного германского солдата. Все расположены на чердаках, крышах домов и во дворах. Танки пропускают, а также пропускают и пехоту на улицу, а затем атакуют со всех сторон. Улицы не баррикадируют, оставляя их совершенно безлюдными. Разведку ведут отдельными группами легких танков (2-3) с мотоциклами и мотопехотой. Натыкаясь на наши части, всегда пытаются обходить.
          Во всех случаях наших танковых атак вызывалась авиация, которая бомбила наши боевые порядки на подходах к переднему краю. Эффективность бомбежек боевых порядков незначительная.
          Легкие танки противника имеют круговой обзор за счет возвышения над башней с почти сплошным рядом триплексов малой толщины. У водителя имеется три щели (одна вперед и две в стороны), причем щели расположены не на одном уровне.

Потери противника

          Так как все бои наступательного характера не сопровождались захватом районов, занимавшимся противником до начала нашей атаки, а оборонительные бои дивизии не позволяли проникать в тыл противника, то подсчет потерь, нанесенных противнику, крайне затруднен. Видимые потери и частично подсчитанные на месте атак начальствующим составом укрепленного района характеризуются примерно следующими данными: уничтожено танков – 128, противотанковых орудий – 198, пушек – 117, самолетов – 20, грузовых машин – 81, минометов – 26 и пехоты – до 2.5 тысяч человек.

Потери личного состава дивизии

          Потери в личном составе дивизии за период с 22.6 по 15.7.41 г. характеризуются следующими данными:
. Начальствующий состав Младший начальствующий состав Рядовой состав Итого
Убито 22 47 138/3 207/3
Ранено 69 111 307/10 577/10
Не вернулось с поля боя при атаке и при выходе из боя 54 171 935 1160
Не вышло из боя при окружении противником 8 19 238 265
Осталось на марше 30/1 70 535/84 635/85

          В сводке числителем указан кадровый, а знаменателем – приписной состав. В числе отставших на марше значительное число людей, двигавшихся в район сосредоточения небольшими группами, которые задержаны разными частями и включены в их состав. За последнее время эти люди согласно приказу по фронту начинают возвращаться в часть.
          Считаю необходимым отметить, что со стороны начальника санитарной службы не было проявлено никакой заботы в деле санитарного обеспечения боевых действий дивизии. Все, что делалось в частях, [проводилось] без его помощи и руководства. При первой возможности он уезжал в тылы, как трусливый заяц. Материал на отстранение его от занимаемой должности представлен в санитарный отдел.

РАБОТА МАТЕРИАЛЬНОЙ ЧАСТИ, ТЕХНИЧЕСКОЕ СНАБЖЕНИЕ,
РЕМОНТ И ЭВАКУАЦИЯ МАШИН В ПЕРИОД БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЯ

I. Обеспеченность материальной частью

          Количество боевых и вспомогательных машин, положенных по старым штатам, имевшихся налицо к началу военных действий и фактически вы веденных 22.6.41 г., характеризуется следующей таблицей.
№ по
пор.
Тип и марка машин Положено по
старым штатам
Состояло налицо
на 22.6.41 г.
Фактически
выведено 22.6.41 г.
1 Танки «КВ» 63 63 63
2  «-» «Т-34». 210 38 37
3  «-» «Т-28» - 51 44
4  «-» «БТ-7» 26 181 147
5  «-» «Т-26» 22 22 19
6 Бронемашины «БА-10» 56 56 53
7  «-» «БА-20» 39 27 19
8 Тракторы «Ворошиловец» 40 30 29
9 Грузовые машины «ГАЗ-АА» 332 539 503
10 Грузовые машины «ЗИС-5-6» 586 325 297
11 Мастерские типа «А» 35 21 21
12  «-» «Б» 53 5 5
13 Автоцистерны 139 72 64
14 Танки «Т-26» химические 54 8 8

          Из таблицы видно, что из общего количества материальной части, числившейся налицо на 22.6.41 г., выведены в район боевых действий не все машины. Это объясняется тем, что боевые машины «БТ-7» в количестве 34 единиц и колесные (грузовые) машины по своему техническому состоянию не отвечали требованиям работы машин в боевых условиях. Эти машины относились к группе учебно-боевых и транспортных и требовали среднего, а частично и капитального ремонта. Отсутствие же запасных частей не дало возможности восстановить их до начала военных действий и, тем более, по объявлении боевой тревоги. Кроме того, часть танков «БТ-7» не имела экипажей, так как они были сверхштатными, а поэтому и не могли быть подняты по тревоге.
          По штатам военного времени по маркам машин дивизия должна была иметь грузовых «ГАЗ-АА» – 332; грузовых «ЗИС-5-6» – 586.
          Фактически 22.6.41 г. вывели: «ГАЗ-АА» – 503; «ЗИС-5-6 » – 297.
          По общему количеству, считая что одна машина «.ГАЗ-АА» заменяет одну «ЗИС-5-6» (по установкам Автобронетанкового управления Киевского особого военного округа), казалось бы, что с количественной укомплектованностью дивизии транспортом дело обстоит благополучно. На самом же деле по грузоподъемности машина «ГАЗ-АА» ни в коем случае не может заменить «ЗИС-5», и это привело к тому, что значительная часть грузов (до 450 тонн) не была поднята с выходом частей в район боевых действий, а впоследствии (при отходе частей) была уничтожена.
          Положение с обеспеченностью транспортом (а следовательно, и с подъемом имущества, необходимого для боя) осложнялось тем, что материальная часть, предусмотренная мобилизационным планом, по мобилизации не прибыла.
          Приписных машин из народного хозяйства согласно мобилизационному плану должно было [прибыть] к исходу М-2: «ГАЗ-АА» – 188 и «ЗИС-5» – 194. Ни одной машины из этого числа ни в М-2 ни в один из последующих [дней] дивизия не получила.
          В пункт приеме приписных машин Шепетовка было послано 8 представителей за получением приписных машин, но они, пробыв там несколько дней, вернулись обратно без единой машины, заявив, что машины, предназначенные для нашей дивизии, убыли в один из укрепленных районов. Такая же картина получилась и на втором пункте приема приписных машин в Золочев.
          Отсутствие надлежащего количества грузовых машин привело также и к тому, что во время боев4 часть грузов (боеприпасы, горюче-смазочные материалы) сваливалась на землю, чтобы иметь возможность подвезти дополнительные грузы.
          Такое положение при быстрых отходах частей и при преследовании противником приводило к оставлению у противника части груза, сложенного на земле, так как наличным транспортом (этот груз) не мог быть поднят.
          Пример. В лесу Мирочин (чго 1 км севернее Буск) осталась противнику пустая тара (до 70 бочек и 2 контейнера). Так было и в местах постоянной дислокации частей: Золочев, Сасов, Перемышляны Хотя это оставалось противнику в негодном состоянии, однако при наличии надлежащего количества транспортных машин прибегать [к этому] не пришлось бы.
          К моменту выхода дивизии 22.6.41 г. дивизия располагала 29 тракторами «Ворошиловец». В условиях наступательных действий дивизии этого количества для эвакуации тяжелых и средних боевых машин было бы достаточно, а при сложившейся обстановке, особенно в условиях общего отхода, такое количество тракторов оказалось недостаточным.
          Ремонтных средств, вместо положенных по штату 53 мастерских типа «Б», дивизия имела всего лишь 5, что, естественно, не могло обеспечить [ремонт].

II. Техническое состояние машин, вышедших по боевой тревоге

          По своему техническому состоянию танки «КВ» и «Т-34» все без исключения были новыми машинами и к моменту боевых действий проработали до 10 часов (прошли в основном обкатку), и лишь незначительная часть этих машин имела работы до 30 моточасов (машины учебно-боевого парка). Танки «Т-28» имели запас хода в среднем до 75 моточасов.
          Танки «БТ-7» имели запас хода от 40 до 100 моточасов, и лишь только на 30 машинах были поставлены новые двигатели. По ходовой части танки «БТ-7» требовали замены гусениц на мелкозвенчатые, ленивцев и ведущих колес, но из-за отсутствия запасных частей до начала военных действий сделать этого не представлялось возможным.
          Танки «Т-26» в основном были в хорошем техническом состоянии и проработали всего лишь часов по 75.
          Бронеавтомобили находились в хорошем техническом состоянии, а 10 машин «БА-20» за месяц до выступления были получены новыми со склада № 965 (Львов).
          Таким образом, танки «КВ», «Т-34», «Т-26» до момента выхода дивизии в район боевых действий имели хорошее техническое состояние и могли выполнять любую боевую задачу.
          Танки «Т-28» и танки «БТ-7» в своем большинстве требовали замены двигателей и по своему техническому состоянию не могли быть использованы в длительной операции.

III. Работа материальной части

          За время боев вся боевая материальная часть проработала не менее 135 моточасов, а колесные машины с 22.6 по 9.7.41 г. прошли около 3000 км. Ежедневно с начала военных действий и до 2–3 июля каждая боевая машина работала в среднем по 10–13 часов в день, причем обстановка складывалась таким образом, что не было никакой возможности произвести надлежащих технических осмотров, что не могло не отразиться на работе машин. Условия эксплуатации машин были неимоверно тяжелыми. Сама местность, где действовали танки, была пересеченной, местами болотистой, местами песчаной. Мосты в своем большинстве выдерживали легкие машины. Нагрузка на машины давалась чрезмерной, ибо задачи, как правило, ставились без учета технического состояния материальной части. Переходы на маршах иногда делались до 200 км в день, к примеру м. Волочисск, Проскуров, район м. Уланово (Петриковцы).

IV. Характеристика танков «КВ» в «Т-34»

          В основном танки «КВ» и «Т-34» имеют высокие боевые качества: крепкую броню и хорошее оружие. На поле боя танки «КВ» приводили в смятение танки противника и во всех случаях его танки отступали.
          Бойцы и командиры дивизии о наших танках говорят, как об очень надежных машинах. Наряду с этими качествами машины имеют следующие дефекты:
          1. По танку «КВ»
          а) При попадании снаряда и крупнокалиберных пуль происходит заклинивание башни в погоне и заклинивание бронированных колпаков.
          б) Двигатель-дизель имеет малый запас мощности, вследствие чего мотор перегружается и перегревается.
          в) Главные и бортовые фрикционы выходят из строя.
          2. По танку «Т-34»
          а) Броня машин и корпуса с дистанции 300-400 м пробивается 37-мм бронебойным снарядом. Отвесные листы бортов пробиваются 20-мм бронебойным снарядом При преодолении рвов вследствие низкой установки машины зарываются носом, сцепление с грунтом недостаточное из-за относительной гладкости трактов.
          б) При прямом попадании снаряда проваливается передний люк водителя.
          в) Гусеница машины слабая – берет любой снаряд.
          г) Главный и бортовые фрикционы выходят из строя.
          Подробно обо всех дефектах танков «КБ» и «Т-34» с предложениями было сообщено в докладе начальнику Главного автобронетанкового управления генерал-лейтенанту танковых войск Федоренко и начальнику Автобронетанкового управления Юго-Западного фронта генерал-майору танковых войск Моргунову.

V. Ремонт и эвакуация материальной части и снабжение запасными частями

          Снабжение запасными частями, особенно колесных машин, до боевых действий обстояло исключительно плохо. Автобронетанковое управление округа требовало [на них] ежемесячно заявки, а процент их выполнения был очень ничтожным.
          Такое положение с запасными частями сразу пагубно сказалось в период военных действий. Машины зачастую выходили из строя по малейшим техническим неисправностям.
          До начала военных действий дивизия имела очень ограниченное количество запасных частей для боевых машин, а для колесных машин не имела вовсе. Комплектов запасных частей в «НЗ»5 дивизии также не имела.
          Во время боевых действий запасные части (и то в очень ограниченном количестве) дивизия получила только тогда, когда части дивизии отходили к м. Волочисск. Резину же на грузовые машины дивизия получила по своей инициативе 29.7.41 г., послав 10 машин в Автобронетанковое управление Харьковского военного округа.
          Не имея запасных частей в первый период военных действий, части 10-й танковой дивизии были вынуждены производить ремонт за счет машин, вышедших из строя по серьезным причинам.
          Несмотря на тяжелое положение с запасными частями, ремонт и восстановление материальной части проходил неплохо. Обычно в боевых условиях ремонт материальной части должен проходить агрегатным методом; мы же проводит его смешанным, что в значительной степени удлиняло срок выхода машин из ремонта.
          За время боевых действий ремонтными средствами дивизии было сделано:
№ по
пор.
Тип и марка машин Количество
ремонтов
Из них:
средних текущих
1 Танки «КВ» 122 22 100
2  «-» «Т-34». 29 9 20
3  «-» «Т-28» 42 4 38
4  «-» «БТ-7» 87 26 61
5  «-» «Т-26» 21 - 21
6 Бронеавтомобили 50 11 39

          Ограниченность в ремонтных средствах, особенно по мастерским типа «Б», ставило в затруднительное положение дело ремонта. На дивизию имелось всего 5 мастерских. Особенно острый недостаток ощущался в мастерских для ремонта моторов, вулканизации резины, электросварки и механических работ.
          Ремонтно-восстановительный батальон к своей непосредственной работе приступил только с 25.6.41 г., а до этого времени он распоряжением командира корпуса был оставлен для обороны Золочев.
          Эвакуация боевых машин с поля боя проводилась исключительно танками в очень тяжелой обстановке под прикрытием боеспособных машин. Боеспособный танк «КВ», буксируя аварийный танк и не имев запаса мощности нередко сам выходил из строя.
          3ачастую экипаж машины вместе с присланной для помощи ремонтной бригадой, не желая бросать машину, восстанавливал ее в непосредственной близости от противника, а при отходе своей части нередко сам попадал в окружение. Судьба ряда таких людей до сих пор еще неизвестна.
          Отсутствие корпусного и армейского сборных пунктов аварийных машин осложняло работу по эвакуации боевой и материальной части, а средства дивизии не могли справиться с этой задачей в условиях общего отхода. При этих условиях имеющихся в дивизии тракторов «Ворошиловец» оказалось явно недостаточно.
          На переправах под Топорув для эвакуации аварийных боевых машин было послано 12-13 тракторов, часть которых не вернулась.

VI. Потери материальной части

№ по
пор.
Характер потерь Число потерь по маркам машин Итого
«КВ» «Т-34» «Т-28» «БТ-7» «Т-26» броне
машин
1 Разбито и сгорело на поле боя 11 20 4 53 7 13 108
2 Вышло из строя при выполнении боевой задачи и осталось на территории, занятой противником - 1 4 2 2 4 13
3 Не вернулось с экипажами с поля боя после атаки 11 3 - 3 3 7 27
4 Сгорело в результате бомбардировок - - - 1 - 4 5
5 Осталось с экипажами в окружении противника из-за технической неисправности или отсутствия горюче-смазочных материалов 2 - 6 1 - - 9
6 Осталось из-за отсутствия горюче-смазочных материалов и невозможности его подать, так как район расположения машин захвачен противником - - 4 2 - - 6
7 Пропало без вести с экипажами - - 3 - - - 3
8 Уничтожено на сборных пунктах аварийных машин в связи с невозможностью эвакуировать при отходе 7 1 6 - - 6 20
9 Оставлено при отходе части по техническим неисправностям и невозможности восстановить и эвакуировать 22 6 15 28 10 14 95
10 Застряло на препятствиях с невозможностью извлечь и эвакуировать 3 1 2 10 2 3 21
. Всего 56 32 44 100 24 51 307

          Из 800 выведенных в поход колесных машин потеряно: 210 машин в результате боя, 34 машины осталось с водителями в окружении противника из-за технических неисправностей и из-за отсутствия горюче-смазочных материалов, 2 машины уничтожено на сборном пункте аварийных машин в связи с невозможностью эвакуировать при общем отходе части, 6 машин застряло на препятствиях из-за невозможности их эвакуировать и 41 машина оставлена при отходе части из-за технических неисправностей и невозможности их восстановления.
          Таким образом, из 307 боевых машин на поле боя дивизией потеряно 153, что составляет 50%; застряло на препятствиях – 21, что составляет 7%; уничтожено на сборных пунктах аварийных машин – 20, что составляет 7%; потеряно из-за технических неисправностей и невозможности постановить и эвакуировать их – 95, что составляет 31%.
          Следовательно, почти половина боевых машин была выведена из строя непосредственно в результате боя, вторая же половина в своем большинстве вышла из строя по техническим неисправностям при отходе дивизии или уничтожена на сборных пунктах аварийных машин.
          95 боевых машин и 41 колесная машина потеряны при общем отходе дивизии в непосредственной близости от противника; кроме того, отсутствие надлежащего количества тракторов и отсутствие корпусного и армейского сборных пунктов аварийных машин не дали возможности справиться с этой задачей.
          Эвакуация этих машин по железной дороге также была невозможна, так как 3-м отделом6 Юго-Западного фронта не было дано указаний начальникам станций и комендантам о предоставлении железнодорожных платформ и попытки отправить материальную часть по железной дороге ни к чему не привели.
          Например. Инженер по ремонту капитан Бормотов пытался отправить из Красное аварийную материальную часть, но начальник станции отказал в этом, ссылаясь на отсутствие указаний со стороны 3-го отдела Юго-Западного фронта.
          Увеличению потерь по техническим неисправностям способствовало также отсутствие достаточного количества запасных частей.
          Кроме потерь, приведенных в таблице по техническим неисправностям, в ожидании среднего и капитального ремонта оставлено в месте дислокации танковых полков в Золочев: «Т-34» – 1 машина, «Т-28» – 7 машин, «БТ-7» – 34 машины, «Т-27» – 40 машин.
          Эти машины также не были эвакуированы по указанным выше причинам.
          На все потери частями дивизии составлены акты и сводные ведомости, направленные в Автобронетанковое управление Юго-Западного фронта через 15-й механизированный корпус.
          Позднее отправлено на заводы промышленности: «КВ» – 7 машин, «Т-34» – 2 машины, «БТ-7» – 20 машин и «Т-26» – 6 машин.

VII. Наличие материальной части по состоянию на 2.8.41 г.

          После выхода в резерв фронта для доукомплектования, отправки материальной части в ремонт и откомандирования ряда машин в другие части дивизия располагает:
№ по
пор.
Тип и марка машин Положено по
новому штату
Имеется
в наличии
Примечание
1 Танки «КВ» 20 - .
2  «-» средние 42 - .
3  «-» легкие 143 - .
4  «-» малые 10 - .
5 Бронеавтомобили средние 22 21 .
6  «-» легкие 17 4 .
7 Легкие машины 25 15 .
8 Штабные автобусы 5 2 .
9 Грузовые «ГАЗ-АА» 231 370 .
10  «-» «ГАЗ-АА» 14 - .
11  «-» «ЗИС-5» 365 211 .
12 Автоцистерны «ЗИС» 76 32 .
13 Водобензозаправщики «ЗИС-6» 8 1 .
14 Мастерские типа «А» 25 14 .
15  «-» «Б» 11 3 .
16 Кран «Январец» 1 - .
17 Тракторы «Ворошиловец» 7 6 .
18  «-» «Сталинец-2» 11 - .
19  «-» «СТЗ-5» 34 6 .
20  «-» «Комсомолец» 20 - .
21  «-» «ЧТЗ-65» - 12 .
22  «-» «СТЗ-3» - 15 .
23 Мотоциклы с коляской 144 - .
24 Мотоциклы без коляски 30 2 .

          По новым штатам дивизии:
. . положено имеется .
. автоцистерн 76 32 .
. мастерские типа «Б» 11 3 .

          Положенным количеством автоцистерн нельзя обеспечить нормального подвоза горюче- смазочных материалов, а тремя мастерскими типа «Б» нельзя обеспечить нормальную работу по восстановлению материальной части.
          Укомплектование материальной части происходит не тем, чем нужно. Например, артиллерийскому полку положено иметь 34 трактора «СТЗ-5», а укомплектование происходит тракторами «ЧТЗ-65» и «СТЗ-3», которые по своим техническим данным (малая скорость) не смогут обеспечить движение артиллерийского полка за другими частями дивизии.
          Артиллерийский полк, укомплектованный тракторами «ЧТЗ-65», «СТЗ-3», не может действовать в составе танковой дивизии, а может быть использован только как самостоятельная часть.
          Из изложенного выше следует, что:
          1. Дивизия имела достаточное количество материальной части, способной выполнить поставленные боевые задачи.
          Техническое состояние всей материальной части, за исключением части машин «БТ-7» и «Т-28», было хорошее.
          2. Не было достаточного количества грузовых машин (по грузоподъемности), что повлекло к оставлению на месте части грузов, а в дальнейшем к их уничтожению.
          3. Приписные машины из народного хозяйства, предусмотренные мобилизационным планом, в дивизию не поступали, что увеличило затруднения с транспортом.
          4. При создавшейся обстановке (в условиях отхода всех частей дивизии) имевшихся тракторов «Ворошиловец» оказалось недостаточно.
          5. Снабжение запасными частями как до военных действий, так и в ходе их не было организовано, что частично послужило причиной разбора сдельных машин на запасные части.
          6. Ремонтных средств дивизия имела очень ограниченное количество, а на сегодняшний день имеет только 3 мастерских типа «Б».
          7. Эвакуация машин с поля боя проводилась исключительно боевыми машинами и в очень тяжелых условиях. Эвакуация аварийных машин проводилась тракторами и боевыми машинами в условиях общего отхода частей в непосредственной близости от противника.
          8. Сборных пунктов аварийных машин (корпусного и армейского) не было организовано, что привело к излишней потере боевых машин.
          9. Дивизия понесла большие потери в материальной части, причем значительная доля потерь по техническим неисправностям произошла при общем отходе частей и невозможности их эвакуировать. Отдельные машины (до четырех) были брошены водителями в обстановке, не вынуждавшей оставление машины (2 человека осуждены военным трибуналом).
          Считаю необходимым провести следующие мероприятия:
          1. Дать указания заводам, изготовляющим танки «КВ» и «Т-34», об устранении имеющихся недостатков по этим машинам.
          2. Улучшить снабжение запасными частями так, чтобы не прибегать к восстановлению машин за счет других.
          3. Доукомплектовать дивизию автоцистернами и мастерскими типа «Б».
          4. Считать обязательным организацию армейских сборных пунктов аварийных машин, в противном случае дивизия не справится своими средствами с задачей по эвакуации машин на заводы промышленности.
          5. Считать желательным организацию специальных армейских и автомобильных батальонов для непосредственного подвоза горюче-смазочных материалов и запасных частей тылам дивизии.
          6. Необходимо поставить задачу заводам промышленности [на] постройку бронированных цистерн с гусеничным движителем и с сильными перекачивающими средствами (такую цистерну можно использовать в качестве тягача для эвакуации вышедших из строя танков с поля боя).

Общие выводы и предложения

          Дивизия в сложной обстановке, выполнив ряд ответственных боевых заданий, приобрела большой боевой опыт, вырастила значительную прослойку боевого актива и еще больше сплотилась вокруг партии Ленина. У личного состава выросла готовность и мужество до последней капли крови сражаться с врагом до полного его разгрома.
          Все это позволяет при вводе дивизии снова в бой добиться еще более эффективных результатов наших ударов по вражеским полчищам.
          Наряду с этим в ходе выполнения боевых задач имел место ряд серьезных недочетов и отдельных ошибок, над полным выявлением которых и над извлечением из них уроков для предстоящих боев работал и работает весь личный состав дивизии с момента выхода в резерв фронта.
          В целях повышения боеспособности дивизии предлагаю:
          1. В состав разведывательного батальона дивизии включить стрелковую роту на машинах как необходимое дополнение к разведывательным органам, высланным от батальона.
          2. В состав танкового полка включить одну стрелковую роту и мотоциклетный взвод.
          3. Ввести в штат дивизии звено самолетов связи, наведения и ближайшей разведки.
          4. Изъять из танковых дивизий машины малой грузоподъемности («ГАЗ-АА»), обеспечив укомплектование их машинами большей грузоподъемности.
          5. Увеличить количество танков штаба дивизии, так как в практике по исключительной необходимости все равно берутся танки из частей, частично ослабляя их.
          6. Восстановить роты танкового резерва.
          7. В танках иметь комплект взрывчатых веществ.
          8. Увеличить количество зенитных7 средств в тыловых частях.
          Что же касается боевого применения танков вообще и танковых дивизий в частности, считаю, что игнорирование уставных положений и общеизвестных требований при решении вопроса о использовании танков ничего, кроме огромного ущерба, не принесет.

Временно исполняющий обязанности
командира 10-й танковой дивизии
подполковник СУХОРУЧКИН


Военный комиссар
10-й танковой дивизии
полковой комиссар ГРЕЗНЕВ


Исполняющий обязанности начальника
штаба дивизии
капитан ШАВЕРСКИЙ


[2.8.41 г.8]
Ф. 229, оп. 3780сс, д. 6, лл. 196-218.

1 В документе – «переправы».
2 Так в документе.
3 В документе – «операций».
4 В документе – «операций».
5 Неприкосновенный запас.
6 Так в документе.
7 В документе – «противозенитных».
8 Дата установлена на основании препроводительного отношения.

Контакты